Khodorkovsky.Ru

«Никакого второго дела Ходорковского нет»

Wed, 08 Feb 2012 10:36:06 +0300

Ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев о том, что «Ходорковский и Лебедев сидят в тюрьме по второму делу совершенно несправедливо».

"Эхо Москвы", программа "Полный Альбац", 06.02.2012

<…>

Е.АЛЬБАЦ: Сегодня Путин встречался с политологами – он их так называет. И сказал, что политических заключенных в России нет. А одно из требований всех митингов оппозиции – свободу политическим закаченным. Цитата: «У нас, по-моему, политических заключенных нет. Слава богу, хотя все время говорят об этом, не называя фамилий. Хоть бы показали хоть одного человека, который сидит по политическим соображениям», - приводит «Интерфакс» слова кандидата в президенты Путина.

С.ГУРИЕВ: Мне кажется, такие слова и приводят к тому, что на улицы выходит все больше людей. Так случилось, что Совет по правам человека при президенте Медведеве попросил нескольких экспертов написать заключение по второму делу Ходорковского, - я не юрист, меня попросили написать заключение как экономиста. Я прочитал почти тысячу страниц, даже чуть больше, - мне немножко обидно, что этот труд пока не востребован, но в своем заключении я абсолютно четко написал, и я в это искренне верю, мне никакие Ходорковский, Невзлин и Лебедев за это не платил, и уверен, что и любой другой эксперт со мной согласится, прочитав эти тысячу страниц, - что никакого второго дела Ходорковского нет. Ходорковский и Лебедев сидят в тюрьме по второму делу совершенно несправедливо. Я/не юрист, но экономического дела там никакого нет. Нет пострадавших. Есть одно дело, которое можно отнести либо к первому делу, за которое они отсидели, либо, как суд уже постановил, - по этому эпизоду уже вышел срок давности. Поэтому, если Ходорковский не политический заключенный, то я не совсем понимаю, почему он сидит в тюрьме.

Они существуют

Wed, 08 Feb 2012 09:14:42 +0300

"Эхо Москвы", 08.02.2012

Список политзаключенных, составленный оппозицией, передадут сегодня в Администрацию президента. В список из 39 человек, в частности вошли Михаил Ходорковский и Платон Лебедев, офицер внутренних войск Сергей Аракчеев и активист движения «Другая Россия» Таисия Осипова. Передавать документ будут журналистка Ольга Романова и депутат Госдумы Геннадий Гудков. По словам Романовой, пересмотр хотя бы одного дела из этого списка стал бы серьезным достижением. Премьер-министр Владимир Путин на днях заявил, что в России нет политзаключенных.

Верховный суд разрешил адвокатам проносить в колонию диктофоны и фотоаппараты

Tue, 07 Feb 2012 19:53:27 +0300

Юрий Шмидт опасается, что контрмеры не заставят себя долго ждать.

"Газета.ru", 07.02.2012

Верховный суд удовлетворил заявление заключенного Сергея Мохнаткина, осужденного по обвинению в нападении на милиционера во время митинга на Триумфальной площади, и отменил запрет, согласно которому адвокаты не могли проносить в исправительные учреждения аудио- и фототехнику, сообщает «Интерфакс».

Адвокат Валерий Шухардин, представлявший интересы Мохнаткина в Верховном суде, пояснил «Газете.Ru», что это решение будет распространяться на все исправительные учреждения.

«Теперь решение Верховного суда распространяется на все исправительные учреждения и отменяет соответствующие пункты Правил внутреннего распорядка в отношении запрета на пронос в том числе диктофонов и фотоаппаратов», - рассказал он.

В 2009 году Мохнаткин был приговорен к двум с половиной годам заключения. Его обвиняли в оказании сопротивления полицейскому на акции «Стратегии-31», проходившей на Триумфальной площади в Москве.

* * *

Комментарий Юрия Шмидта: Шухардин уже выигрывал дело о компьютерах. То есть Верховный суд признал незаконными правила, которые запрещали пронос компьютеров <в СИЗО>. После этого произошла очень простая вещь: Госдума приняла дополнение к закону, запрещающее пронос компьютеров. Боюсь, что здесь будет то же самое – Дума просто примет закон, <запрещающий проносить аудио- фотоаппаратуру>, и все.

Вообще, конечно, диктофон очень полезная вещь, потому что на диктофон можно записать все то, что обычно мы переписываем своей рукой, и потом это перенести на компьютер в нормальных, человеческих условиях. Безусловно, это техническая помощь. Возражения же оппонентов таковы: если люди будут брать с собой диктофон, то это может быть использовано для передачи каких-то указаний соучастникам заключенного. Но передать указания можно и, записав их своей рукой, без всякого диктофона. Это ровным счетом ничему не мешает, если адвокат действует недобросовестно.

А фотоаппараты нужны, потому что иногда людей приводят с телесными повреждениями, и поскольку добиться от места заключения фиксации этих повреждений бывает нелегко, то адвокат может сфотографировать избитого человека, и это будет уже документом. Поэтому они и против фотоаппаратов будут сопротивляться изо всех сил.

«Начальник страны никогда не признает, что у нас есть люди, заключенные по политическим мотивам»

Tue, 07 Feb 2012 18:50:49 +0300

Юрий Шмидт прокомментировал недавние высказывания Владимира Путина о политзаключенных (встречаясь вчера с политологами, премьер-министр отрицал наличие в России политзаключенных):

"О политическом характере дела Ходорковского и Лебедева высказались руководители, вероятно, всех демократических стран мира, высказались несколько парламентов, межгосударственные организации, включая Совет Европы, большая группа депутатов Евросоюза и практически все известные и малоизвестные правозащитные организации всего мира.

Какое-то время назад Путин уже обращался к этой теме, и его аргументы были примерно такие: Ходорковский же не занимался политикой, он, в частности, не был депутатом Государственной Думы, какой же он политический заключенный?! Так вот, эта логика рассчитана исключительно на дураков. Для того чтобы быть арестованным по политическим мотивам совершенно не обязательно быть ни депутатом, ни официальным политиком. И вся печальная практика советского периода это подтверждает. К тому же практика применения к политзаключенным уголовных репрессий тоже не нова и использовалась еще в советские времена – либо в качестве основного обвинения, либо в качестве добавочного обвинения к политической статье.

Кроме того, даже в период массовых репрессий в советское время, даже в период, когда количество диссидентов в советских тюрьмах исчислялось тысячами, власть заявляла об отсутствии у нас политзаключенных. Поэтому сейчас начальник страны никогда не признает, что у нас есть люди, заключенные по политическим мотивам. Совершенно понятно, что они до последней минуты с пеной у рта будут это отрицать".

«Подобного рода отказом, что нет у нас политических заключенных, Путин фактически признал, что сама фигура Ходорковского стала одним из важных пунктов повестки дня современной политической жизни»

Tue, 07 Feb 2012 12:51:07 +0300

Радио Свобода, 06.02.2012

В понедельник, 6 февраля, в ходе встречи в Москве с политологами премьер-министр России Владимир Путин заявил, что в стране нет политических заключенных. Путин отметил, что не знает ни одного человека, который бы находился в тюрьме по политическим причинам. Вместе с тем, в ближайшее время организаторы митингов "За честные выборы" намерены передать властям составленный ими список политзаключенных, в который вошли, в частности, бывшие совладельцы ЮКОСа Михаил Ходорковский и Платон Лебедев, активистка "Другой России" Таисия Осипова и другие.

Владимир Кара-Мурза: "Политических заключенных в России сейчас нет, а уголовная амнистия в ближайшее время нецелесообразна", – так заявил премьер-министр Владимир Путин на встрече с политологами. "Я не очень понимаю, что поднимается под политической амнистией. У нас, по-моему, политических заключенных нет, и слава богу, хотя об этом и говорят, не называя фамилий", - добавил премьер. В субботу на митинги "За честные выборы" политик Владимир Рыжков и журналист Ольга Романова сообщили, что оппозиция подготовила список политзаключенных.

Валерий Хомяков (генеральный директор Совета по национальной стратегии): Странное заявление, скажу сразу. Не секрет, что о том, что истинные причины того, почему Михаил Ходорковский оказался в тюрьме, конечно, во многом связаны не столько с его экономической и предпринимательской деятельностью, сколько с тем, что он достаточно серьезно влиял и пытался влиять на политику, финансировал партии, особо не спрашивая позволения у Кремля. Собственно говоря, некоторое время назад Владимир Путин это признал, что да, он лез туда, куда бы не хотелось, и вдруг теперь такое странное заявление. Мне кажется, одно, что Владимир Путин все-таки подобного рода отказом, что нет у нас политических заключенных, фактически признал, что сама фигура Ходорковского стала одним из важных пунктов повестки дня современной политической жизни, разумеется, избирательной кампании. Я просто напомню, что некоторое время назад тот же Путин сказал в конце декабря, был на прямой линии "Разговор с Владимиром Путиным", что да, если меня выберут, то тогда я буду думать, не освободить ли мне Михаила Борисовича Ходорковского. Позднейшие заявления Дмитрия Медведева. Такой пункт существует, они фактически признали. Теперь какой-то идет откат назад. С чем это связано - не знаю, наверное, может быть поменялась концепция, что да, теперь не будем заигрывать с оппозицией, играться в переговоры, а теперь занимаем более твердую позицию, в восприятии Владимира Путина.

* * *

"Коммерсантъ FM", Станислав Кучер, 07.02.2012

В понедельник Владимир Путин встретился с политологами и обсудил с ними повестку дня. Политический обозреватель "Коммерсантъ FM" Станислав Кучер считает, что эта встреча должна произвести эффект холодного душа на всех наивных, кто верит в нового Путина.

Скорее Юрий Шевчук запоет под фонограмму дуэтом со Стасом Михайловым, чем Владимир Путин и "Единая Россия" всерьез, а не на словах захотят реальных перемен в стране. К столь "оптимистичному" для всех переговорщиков с властью выводу меня подтолкнуло очередное послание премьера протестному движению. А именно –– заявление о том, что в России нет политических заключенных.

По сути это –– прямой отказ удовлетворить одно из пяти основных требований, которые оппозиция предъявила власти 4 февраля и не раз предъявляла раньше. Форма, в которой премьер выступил с этим "откровением", в очередной раз убедила меня в том, что чудесных трансформаций не бывает. Путин был, есть и останется Путиным.

Его циничный юмор и отношение к интеллектуальному меньшинству, которое я бы назвал "ленинско-шариковским", сдали кандидата в президенты, уже собравшегося изобразить из себя царя-батюшку-реформатора Александра II, с потрохами. Тезис "Если бы человека уконопатили в тюрьму на 10-20 лет, как Нельсон Мандела сидел, а у нас же нет таких" –– это издевка похлеще, чем сожаление о том, что после смерти Махатмы Ганди Путину и поговорить не с кем.

Некоторые мои знакомые, которые ставят свечки –– в храмах, я имею в виду –– за преображение "царя Владимира", попытались было оправдать премьера. Их –– и, уверен, это цинично имел в виду Путин –– тезис в следующем: у нас, и правда, поискать заключенных, севших с юридической точки зрения по политическим приговорам. Классика жанра –– Ходорковский, разве здесь есть политика? Оба приговора –– абсолютно экономические.

Но беда в том, что премьер то ли поленился, то ли даже не собирался искать точное выражение. Он сказал: "Хотя бы показали хоть одного человека, который сидит по политическим соображениям!" Обращаю ваше внимание: не приговорам, а "соображениям". Список же людей, мотающих срок именно по политическим соображениям, гуляет по интернету не первый месяц, опубликован на многих сайтах и отправлен обоим "тандемщикам" организаторами субботнего митинга.

Есть такая тема: "Я понимаю, что ты понимаешь, что я понимаю…" и так далее. Так вот, мне кажется, Владимир Владимирович вчера отправил всему протестному движению короткую шифровку, смысл которой "Забыли про море, копыта, бороденки? Так я напоминаю: белых пароход еще ждет".

Вопрос: зачем он это сделал? Я думаю, нервы сдают. Надоело играть несвойственную себе роль. Надоело читать комментарии о новом Путине –– ведь для него все эти рассуждения о трансформации значат одно: прогнулся, поддался давлению "болотных". Да и зачем ему в столь непереходном уже возрасте обновляться? Что это за тема вообще –– новый Путин? Уверен, он себе и старым нравится.

* * *

"Коммерсантъ FM", Олег Кашин, 07.02.2012

Владимир Путин считает, что в России нет политзаключенных. "Хотя бы показали хоть одного человека, кто сидит по политическим
соображениям", — жалуется премьер. Спецкор ИД "Коммерсантъ" Олег Кашин, как ему кажется, понимает, почему Путин так говорит.

"У нас, по-моему, политических заключенных нет, и слава Богу", — эти слова Владимира Путина подходят для программы "Время", а больше ни для чего не подходят, потому что политические заключенные в России, конечно, есть, и отсутствие в Уголовном кодексе "классических" советских политических статей никого смущать не должно: отмена уголовного преследования за "антисоветскую агитацию" никак не повлияла на возможность политически мотивированных уголовных преследований.

Когда дважды оправданного присяжными лейтенанта Аракчеева сажают на 15 лет за военные преступления после того, как Рамзан Кадыров возмутился из-за, цитирую, "недопонимания присяжными воли моего народа" — это политическое дело или нет? Дело Ходорковского и Лебедева — кто рискнет сказать, что в этом деле нет никакой политики? Есть еще знаменитая 282-я статья УК РФ, по которой, как показала практика применения, уголовное дело можно возбудить на основании любого высказывания о ком угодно — мы наблюдали уже суды по этой статье, когда обсуждалась, допустим, социальная группа "неверные менты" или социальная группа "фашисты" — когда судили антифа-активистов.

Нацболка Таисия Осипова осуждена за наркотики, но понятыми при ее задержании были активисты "Наших" и "Молодой гвардии", и одно это позволяет, мне кажется, считать Осипову полноценной политзаключенной, что бы ни было написано в приговоре суда.

Но, если совсем честно, я могу понять, почему Путин так уверенно говорит, что в России нет политзаключенных, не опасаясь, что кто-нибудь встанет и скажет — "Ложь, вот список политзаключенных, свободу им". Дело в том, что такого списка нет в принципе, и когда в субботу на митинге Ольга Романова обещала отнести в Кремль бумагу с перечислением всех, кто сидит "за политику", сам список со сцены прочитан не был. И, видимо, не будет, потому что есть такая особенность российского общественного мнения — у него нет общепризнанных политзаключенных.

У Ходорковского и Лебедева есть множество критиков — преимущественно из левых организаций, — которые не хотят признавать, что бывшие акционеры ЮКОСа сидят по политическим мотивам. Антифашисты и анархисты не считают политзаключенными националистов, в том числе сидящих "за экстремизм". Нацболам, которых сажали за откровенно политические акции по "хулиганским" статьям УК, потребовались годы, чтобы их стали считать политзаключенными не только сами нацболы. Доходило иногда до смешного — на прошлый новый год свои 15 суток за одно и то же, за Триумфальную площадь, получили и Борис Немцов, и националист Владимир Тор. Немцова "Международная амнистия" сразу же признала "узником совести", Тора — почему-то нет. И если даже в таких очевидных случаях нет общепризнанной точки зрения на то, кто политзаключенный, а кто нет, то почему же Владимир Путин должен признавать само существование политзаключенных в России? Вот он и не признает.

* * *

Телеканал «Дождь», 06.02.2012

В России нет политзаключенных, заявил сегодня премьер. И предложил тем, кто не согласен показать ему хотя бы одного человека, который сидит по политическим соображениям.

Таких людей просто нет, говорит премьер, ведь тех активистов, которых задерживали после гражданских митингов на 15 суток, уже отпустили.

При этом на прошлой неделе Совет при президенте России по гражданским правам подготовил список людей из 30 человек, среди которых Михаил Ходорковский и Платон Лебедев, с просьбой рассмотреть возможность их амнистии, поскольку они осуждены не только с целью правосудия, но и по политическим мотивам. И это не единственный список осужденных по экономическим или уголовным преступлениям, за которыми их адвокаты видят и политические мотивы.

Обсудили эту тему с правозащитником, обозревателем журнала The New Times Зоей Световой.

Казнин: Вот признать человека политзаключенным, ведь кто должен в итоге, кто последняя инстанция, чтобы в стране и в мире, в том числе, этого человека считали политзаключенным? Вот как это определить?

Светова: Вы знаете, как это сложилось, у нас есть довольно много правозащитных организаций, которые на протяжении последних 6-7 лет стали составлять списки этих политзаключенных. Почему? Потому что в России появились люди, которых сажали на большие сроки совсем не за то, что они совершали. Давайте возьмем сначала вот эти известные шпионские процессы, когда людей ученых сажали за измену Родины, хотя это были ученые, как например, Игорь Сутягин.

Писпанен: За то, что они публиковали статью о чем уже всем известно.

Светова: Да. Потому что, например, тот же Сутягин, он был признан политзаключенным не только российскими правозащитниками, но и международной амнистией. Почему? Да потому что его обвинили в шпионаже, а он даже не имел доступа к секретным сведениям. И явно, что его посадили не потому, что он был шпион, а потому что нужно было отчитаться о том, что у нас в России есть шпионы. И дальше таких шпионов было очень много. Сейчас до сих пор, например, сидит Валентин Данилов, еще несколько людей, вина которых очень сомнительна.

Потом, у нас появился Михаил Ходорковский. Если по первому его делу все-таки были какие-то сомнения, что, может быть, действительно он виноват в каких-то экономических преступлениях, то потом уже, по второму делу, стало абсолютно очевидно, что это политическая расправа, что этот человек политический заключенный и, кроме того, не только он, а многие из сотрудников его компаний, поэтому они и входят в список политических заключенных, которые составили правозащитники.

Потом, у нас появились нацболы. Это люди, которых сажают совершенно не за то, что они принадлежат к запрещенной партии Лимонова, а их сажают за разные совершенно статьи Уголовного кодекса. Например, за хулиганство, за то, что им подбрасывают наркотики, их обвиняют в том, что они распространяют наркотики, за организацию экстремистского сообщества. То есть, это совершенно надуманные сфальсифицированные обвинения.

Казнин: А если предположить, что человек торгует наркотиками. Вот как тут быть? Вот он торгует, но он при этом в НБП.

Светова: Нет, но если человек торгует наркотиками…

Казнин: Ну вот, а как адвокаты скажут, что он не торгует, что это подстроенное дело?

Светова: Люди, прежде чем признать людей политическими заключенными, включить в этот список, российские правозащитники они изучают их дела, и они находят вот эти видовые признаки во всех этих делах. Как я уже сказала, это фабрикация дела, это избирательность в применении мер именно к этому конкретному человеку и это ее политическая подоплека, то, что называется «политически мотивированный процесс».

Писпанен: Зоя, смотрите, у нас в стране то, что составляют списки местные правозащитники, отечественные, к ним, мне кажется, не сильно прислушиваются сейчас, несмотря на то, что даже при президенте Совет по правам человека может на какие-то отдельно взятые случаи указывать. А какая, то что Дима говорил, высшая инстанция, например, мировая есть, которая признает политических заключенных в стране, к которым, может быть, должны прислушиваться власти или тоже могут игнорировать?

Светова: Есть международная амнистия Amnesty International, которая всегда, как я уже сказала, в советское время признавала диссидентов политическими заключенными, но она сейчас…

Писпанен: Но тогда было легче, сами говорите. А сейчас?

Светова: Она настолько забюрократизирована, что им стоило несколько лет, для того, чтобы Ходорковского и Лебедева, вот они признали их только в мае прошлого года политзаключенными, когда наши правозащитники уже во всю кричали, что эти люди политические заключенные. Просто мы, когда составляем эти списки, и вот эти на митингах, когда одно из требований – немедленное освобождения политических заключенных - это очень важная проблема в России, что в России вообще нет справедливого суда. И вот эти люди, которые признаются политическими заключенными, они как бы в себя впитали вот всю эту несправедливость российского законодательства именно в применении. Именно поэтому мы и требуем от власти, чтобы власть сделала то, что сделал в свое время Михаил Горбачев. Ведь Горбачев сделал очень просто. Он же в 87-м году, что он сделал? Он амнистировал политических заключенных, которые сидели в лагерях и тюрьмах, и он не просил от них никакого признания своей вины.

Писпанен: Вы представляете, что сейчас кандидат в президенты и действующий премьер-министр скажет: «Да, у нас есть политические заключенные, и поэтому давайте всех амнистируем»? Это как бы признание своей вины.

Казнин: Кто должен утвердить список? Как решить?

Светова: Этот список подал глава президентского Совет по правам человека Михаил Федотов. И, насколько я понимаю, не Путину этот список отнесли. У нас еще пока, я хочу вам напомнить, есть президент Дмитрий Анатольевич Медведев и поэтому, я надеюсь, что он, перед тем, как уйти на заслуженный отдых, было бы гениально, если бы он взял просто и помиловал этих людей, потому что бы он вошел в историю. Кстати, известно, что американские президенты, когда они уходят на покой, они именно эту амнистию и совершают.

Писпанен: Но вот премьер уже сегодня сказал, что он не видит смысла ни в какой амнистии, ни в широкой, ни в узкой.

Светова: Да, но премьер, он не президент пока еще, правильно? И просто дело в том, это не просто какие-то правозащитники составляют список, а ведь это был лозунг и на Болотной, и на Сахарова, и опять сейчас же на Болотной, то есть, это сотни тысяч людей. Если мы их всех этих людей сосчитаем, сколько у нас там получится? – 300 тысяч людей. 300 тысяч человек, которые требовали.

Казнин: Здесь же еще важный момент, о котором вы уже упомянули, его, наверное, надо акцентировать, это то, что есть несправедливо осужденные, их очень много. И это не политические даже заключенные, их намного больше по экономическим статьям, которые сидят. Об этом мы тоже постоянно, в общем-то, говорим.

Светова: Вы знаете, я даже хочу сказать, есть такие оценки… Вот, по моим оценкам, 30% у нас сидит людей невиновных. А Ходорковский мне недавно написал, что таких по его оценкам, 10%. Представляете, если от 800 тысяч человек, которые сидят в российской пеницитарной системе, 10% невиновных, то это же огромная армия людей. Так почему же не сделать наше законодательство хоть чуть-чуть гуманнее? Почему ни Путин, ни Медведев не хотят этого сделать?

Писпанен: Хороший вопрос. Не к нам, к сожалению.

Протест одного человека

Tue, 07 Feb 2012 12:05:06 +0300

4 февраля свободы для российских политзаключенных требовал и Павел Ходорковский.

Russian Profile.org, Анна Арутюнова (Нью-Йорк), 06.02.2012

Акции протеста против фальсификации выборов в настоящее время захлестывает Россию, а также распространяются и на русские диаспоры за пределами страны. Русские во всем мире вышли на улицы 4 февраля, хотя и в гораздо меньших количествах. Демонстрация, состоявшаяся через дорогу от русского консульства в Нью-Йорке, привлекла лишь около ста человек, но имела все атрибуты протеста: выступления, музыка, белые ленты и воздушные шары, лозунги. Она также привлекла тех, кто лично обижен режимом премьер-министра Владимира Путина, в том числе - Павла Ходорковского, 26-летнего сына бывшего нефтяного магната, ныне заключенного, Михаила Ходорковского. Исполнительный редактор «Профиль Россия» Анна Арутюнова говорила с Павлом Ходорковским о текущей политической ситуации в стране и о ее перспективах, с которыми судьба его отца, несомненно, связана.

Почему Вы пришли на акцию протеста сегодня?

Я пришел просто из солидарности с теми людьми, которые вышли на улицы в Москве, что, несомненно, является более сложным и рискованным предприятием. Я думаю, что это наша обязанность - поддержать их здесь, в Соединенных Штатах, и я также думаю, что мы, жители Нью-Йорка, имеем возможность сплотить наших друзей, знакомых и родственников, которые находятся в России, для участия в этих протестах . То, что мы вышли на аналогичные акции протеста в Нью-Йорке, дает нам своего рода возможность агитировать наших соотечественников в России. Потому нельзя просто сказать: "Эй, ребята, выходите на эти митинги в России, а мы просто посидим здесь пассивно в Нью-Йорке", это неправильно. Но поскольку мы вышли протестовать здесь, у нас есть моральное право пытаться влиять на людей, которых мы знаем в России.

Вы когда-нибудь задумывались о том, чтобы вернуться в Россию?

Конечно, задумывался. Но на сегодняшний день для меня возвращение связано с определенными рисками. Мой отец особенно настойчиво просил меня воздержаться от этого, пока он находится в тюрьме. Конечно, я бы очень хотел вернуться и жить в России, когда политическая и социальная ситуация в стране изменится.

Как Вы относитесь к тем обещаниям освободить Вашего отца, которые сейчас дают кандидаты в президенты России?

Конечно, я приветствую их, как я приветствую любое публичное заявление о намерении освободить моего отца.

Вы думаете, что это на самом деле может произойти?

Я думаю, что сегодня все это звучит как своего рода спекуляции его именем, потому что вопрос об освобождении моего отца не является спорным. Это будет окончательным сигналом для общества, для инвесторов, бизнес-сообщества, что есть реальные перемены, происходящие в стране. Таким образом, делать это заявление еще раз - это просто своего рода спекуляция, потому что здесь больше нечего обсуждать. Это просто необходимо сделать.

<...>

Оригинал интервью: http://russiaprofile.org/interviews/53977.html

Ходорковского сыграют

Tue, 07 Feb 2012 11:44:34 +0300

Особая буква, 06.02.2012

Кинокомпания в Латвии намерена снять художественный фильм о Михаиле Ходорковском
Максимальную объективность, реалистичность и беспристрастность называют главными в пресс-службе организаторов проекта.

Авторами движет желание объективно и отстраненно показать «одну из самых неоднозначных фигур столетия». По словам авторов проекта, они не собираются пиарить Ходорковского, передает «Эхо Москвы».

Напомним, недавно документальный фильм о Ходорковском представил немецкий режиссер Кирилл Туши.

Владимир Путин - житель другой страны

Tue, 07 Feb 2012 11:20:04 +0300

Российские политзаключенные - это миф, уверен премьер-министр (комментарий Вадима Клювганта)

«Интерфакс», 06.02.2012

Защита Михаила Ходорковского сомневается в искренности слов премьер-министра России Владимира Путина об отсутствии в стране политзаключенных.

"Вся страна знает, что у нас такие люди есть, и они названы персонально. Совет при президенте - знает и вслух их называет: и проблему, и персоналий, а Владимир Владимирович не знает. Либо он другую страну имеет в виду, либо находится в информационной блокаде, либо говорит не то, что думает, либо показывает всем выступающим с такими инициативами, как он к ним относится", - сказал "Интерфаксу" в понедельник адвокат Ходорковского Вадим Клювгант.

* * *

«Комсомольская правда», 06.02.2012

По словам главы правительства, уголовная амнистия в ближайшее время нецелесообразна. Мнение руководителя кабмина не разделяет адвокат Михаила Ходорковского Вадим Клювгант.

Это ответ в том числе и Совету при президенте по правам человека и развитию гражданского общества, который не просто с идеей выступил о помиловании и об амнистии, кстати, тоже, и о совершенствовании законодательства, но еще и приложил список конкретных людей. Но он, значит, демонстрирует, что он этого не видит, судя по тому, что он сказал.

Владимир Путин освободил Россию от политзаключенных

Mon, 06 Feb 2012 16:49:16 +0300

По версии премьера, их просто не существует.

НОВО-ОГАРЕВО, 6 фев - РИА Новости. Политических заключенных в России сейчас нет, а уголовная амнистия в ближайшее время нецелесообразна, заявил премьер-министр РФ Владимир Путин на встрече с политологами.

"Уголовную амнистию проводить и так далее, я не знаю, своевременно это? Нужно ли это сейчас делать? Нужно улучшать ситуацию в пенитенциарной системе, в тюрьмах, думать над гуманизацией нашего законодательства. В какие-то моменты можно провести, наверное, и амнистию, но широкомасштабная амнистия сейчас - это в связи с чем?" - сказал Путин.

"Я не очень понимаю, что понимается под политической амнистией. У нас, по-моему, политических заключенных нет, и слава Богу. Хотя об этом и говорят, не называя фамилий. Хотя бы показали хоть одного человека, кто сидит по политическим соображениям", - добавил премьер.

* * *

В помощь Владимиру Путину:

- Критерии признания лица политзаключенным существуют, и прочтение этих критериев снимает все сомнения - в России есть политзаключенные.

- Пофамильные списки политзаключенных существуют, и в самое ближайшее время у кремлевской администрации появится возможность с ними еще раз ознакомиться ("Свободу политзаключенным!" было одним из главных требований Болотной, Сахарова и шествия 4-го февраля).

- Можно попробовать предположить, что свое отношение к термину "политзаключенный" Владимир Путин сверяет со строгими подходами к этому термину «Эмнести Интернешнл», но ведь некий спор о дефинициях, существующий между правозащитниками из "Эмнести" и российскими правозащитниками, самой сути явления не затмевает и факта наличия политзаключенных в современной России не отменяет.

Вот фрагмент программы "Территория Гласности" от 17.06.2010 с участием директора российского представительства «Аmnesty International» Сергея Никитина.

С. Никитин: Следует, наверное, отметить тот факт, что вот этот термин – «политзаключенные» - он использовался «Эмнести Интернешнл» длительное время, Зачастую были люди, которые призывали к изменению строя, люди, которые имели иные политические взгляды, отличавшиеся от взглядов властей той или иной страны. Ситуация была характерна для 60-х и 70-х годов, когда власти с тем, чтобы избавиться от назойливой вот этой мухи, какого-то политического деятеля, они просто его арестовывали и помещали в тюрьму – и все, и дальше, как бы, человек исчезал с горизонтов, и становилось легче жить и работать тем, кто был у руля. Сейчас требование «Эмнести Интернешнл» в отношении вообще всех людей, которых задерживают, такое, что мы требуем немедленного суда, и справедливого суда, в отношении них. По этой причине вот определение «политический узник» - оно снято. Тем не менее российские правозащитники используют его, и мы их понимаем – это их право, они могут вполне использовать. Поэтому мы не можем говорить о Ходорковском как о политическом узнике, потому что это то, чего нету в дефинициях «Эмнести Интернешнл». Политзаключенный – это уже, так сказать, достояние прошлого, если это от «Эмнести Интернешнл», мы не говорим, не используем этот термин. Он используется, как я говорил уже, российскими правозащитниками, вот.

Ведущая: Кем «Эмнести Интернешнл» считает Михаила Ходорковского и Платона Лебедева?

Сергей Никитин: Это люди, которые находятся в тюрьме, в отношении которых ведется судопроизводство, в котором мы видим многие изъяны. И это люди, в деле которых, совершенно очевидно для нас, политический подтекст. Вот так мы формулируем ситуацию с Лебедевым и Ходорковским.

Надо сказать, что менее чем через год после этого интервью «Аmnesty International» признала Ходорковского и Лебедева узниками совести. ("Узники совести попадают в тюрьму из-за своих убеждений или личностных характеристик, а не из-за совершенных ими преступлений. Amnesty International настаивает на немедленном и безусловном освобождении всех узников совести", - объясняется на сайте правозащитной организации).

* * *

Комментарий Юрия Шмидта:

О политическом характере дела Ходорковского и Лебедева высказались руководители, вероятно, всех демократических стран мира, высказались несколько парламентов, межгосударственные организации, включая Совет Европы, большая группа депутатов Евросоюза и практически все известные и малоизвестные правозащитные организации всего мира.

* * *

«Интерфакс», 06.02.2012

«Комсомольская правда», 06.02.2012

По словам главы правительства, уголовная амнистия в ближайшее время нецелесообразна. Мнение руководителя кабмина не разделяет адвокат Михаила Ходорковского Вадим Клювгант.

«Суд над Ходорковским — позорен для России, и все это знают, все об этом говорят»

Mon, 06 Feb 2012 13:21:26 +0300

"Известия", фрагмент интервью с Борисом Гребенщиковым, 06.02.2012

<...>

— Среди тех, кто выйдет 4 февраля на протестные митинги в Москве, Питере, других городах, наверняка будет немало твоей публики, поклонников «Аквариума». Но сам ты в этих акциях не участвуешь, не так ли?

— В момент этих митингов у меня концерт в Троице-Сергиевой Лавре. Точнее, в Духовной академии. А о тех, кто пойдет на митинги, я думаю с любовью. Большая часть моих друзей будет там. Я абсолютно разделяю их порыв. Насколько я понимаю, там ведь выражается недовольство по поводу того, как происходит у нас политическая жизнь, как проводятся выборы. И я, по-моему, никогда не скрываю своей позиции. В моих песнях все сказано и было сказано и 10, и 20 лет назад.

— Столько приметных деятелей культуры, музыкантов в том числе, пошли сейчас «штабистами» к кандидату в президенты Михаилу Прохорову. А ты и туда не пошел, почему?

— Я не знаю, кто такой Прохоров. Никогда с ним не встречался и не имею привычки ходить в гости к незнакомым людям.

— Спросил бы у своего друга Андрея Макаревича, он бы тебе о нем рассказал.

— Незачем мне у него спрашивать. Я не знаю всех друзей Андрея и за них не отвечаю. Ты меня путаешь с кем-то. Наверное, с Аллой Пугачевой. Ну с какой стати мне нужно что-то знать о Прохорове?

— Ну, например, потому, что он, в случае своего избрания на президентский пост, планирует освободить Михаила Ходорковского и, возможно, назначить его премьер-министром. А ты не так давно в альянсе с тем же Андреем Макаревичем написал письмо в защиту заключенного Ходорковского.

— Я никогда не встречался и с Михаилом Ходорковским, а к властям по поводу него обращался потому, что мне очень не нравится позорная ситуация, в которую попало русское правосудие. Суд над Ходорковским — позорен для России, и все это знают, все об этом говорят. И в какой-то момент я решил, что от меня требуется какое-то заявление по этому вопросу, ибо так вести себя нельзя. Я не верю никакой власти, но есть вещи, по поводу которых мне хочется высказаться, и многие ребята захотели этого вместе со мной.

— Есть в стране еще какие-то вещи, явления, ситуации, которые ты бы тоже назвал позорными?

— Без комментариев. Я привык отвечать за свои слова, а в данный момент ругать какие-то вещи будет безответственно и глупо с моей стороны. Скажу по-другому: есть люди и вещи, которыми я горжусь. И я счастлив, что они есть. Это те, кто помогает детям, малоимущим, те, кто спасают народ от пожаров… То есть делают все то, чем должно заниматься правительство. А правительство наше этого не делает и не собирается этого делать. Более того, перестанем быть детьми, оно никогда и не собиралось этого делать…

<...>